У ближайшего угла она остановилась, чтобы купить «Ивнинг стандард». На первой странице газеты была только одна новость — сегодня прибыл в Лондон американский президент для встречи с премьер-министрами Израиля и Великобритании по поводу событий в Палестине. Она сложила газету, взяла ее под мышку и свернула за угол, направляясь вниз к Темзе.

Молодому человеку, стоявшему в дверях дома напротив, было, вероятно, лет восемнадцать. Он был в высоких шнурованных ботинках, в джинсах и в потрепанной летной куртке. Кольцо в левой ноздре и татуированная свастика на лбу выдавали в нем типичного представителя того племени подонков, которые рыскают по улицам города в поисках жертвы. Девушка представлялась легкой добычей, и он устремился за ней, в последний момент перейдя на бег, чтобы схватить ее сзади и рукой зажать ей рот. Она не сопротивлялась и держалась совершенно спокойно. Это должно было бы насторожить его, но он плохо соображал, одержимый сексуальным возбуждением.

— Делай то, что я скажу, — прошипел он, — и я тебя не обижу.

Он потащил ее к воротам заброшенного склада. Она проговорила:

— Нет нужды быть грубым.

К его изумлению, она сама поцеловала его, лаская его язык своим. Еще сжимая ее зонтик, он не мог поверить в свою удачу, а она уже протянула свою руку, нащупывая его напрягшийся член.

— О Боже! — простонал он и снова поцеловал ее, уверенный, что другой рукой она задирает свою юбку.

А она нашла то, что искала, — пружинный нож, засунутый за резинку чулка на ее правой ноге. Она высвободила руку с ножом, лезвие щелкнуло, и она распорола им его левую щеку от глаза до подбородка.

Он завопил и отпрянул назад. Приставив острие к его подбородку, она спокойно спросила: